Почему необязательно жить за границей, чтобы выучить язык

Один из распространенных мифов об изучении иностранного языка – нужно жить в стране изучаемого языка. Мол, там языковая среда, и местный язык учится как будто сам собой, без особых усилий. Разбираемся, почему это всего лишь миф, что мешает заговорить по-французски во Франции и наоборот – как можно создать языковую среду, никуда не уезжая.

Создать языковую среду можно где угодно!

В студенчестве я жила и училась в Париже, и так получилось, что у меня было два круга общения. Первый — парижане, с которыми я практиковала французский, потому что, естественно, они говорили на нем. А второй — итальянцы, с которыми мы в основном использовали английский, потому что все знали его лучше и так общаться было быстрее и проще. А между собой мои знакомые итальянцы говорили на родном языке все по той же причине — им так было легче.

Смотрите: вроде и среда вокруг была французская, и в воздухе аромат кофе и круассанов, но для многих людей этого недостаточно. Неважно, где вы живете — в стране изучаемого языка или нет, — все дело в мотивации и круге общения. Так от обратного я ответила на вопрос, можно ли в России создать англо-, франко-, испано- и так далее среду. Да, это более чем реально.

Миф о том, что нужно обязательно жить в стране изучаемого языка, чтобы начать создавать среду, уходит корнями в прошлое, когда создать среду в нашей стране было чем-то фантастическим. В молодости, в студенческие годы, мой папа увлекался английским языком, но то, сколько усилий он тратил, просто чтобы раздобыть оригинальный журнал или книгу, заслуживает не просто уважения, а восхищения.

Он рассказывал мне, как газета, привезенная из Америки знакомому друга, ходила по рукам месяцами — настолько каждый хотел прикоснуться к западной культуре и пробежаться глазами по новостям на латинице.

Сейчас у нас не то что недостаток, а скорее переизбыток информации. Главная трудность — не утонуть в море сайтов, онлайн-курсов, видеоуроков и т.д. Но то, что при желании и наличии цели можно окружить себя китайским, французским, японским и другими языками, — факт.


Что нужно для создания англосреды? Если кратко, то создание языковой среды включает в себя:

  • общение, то есть живые встречи с лингводрузьями (с определенного возраста и Skype-звонки);
  • чтение, то есть чтение книг, журналов, газет в оригинале;
  • видеоряд, то есть песни, сказки, мультфильмы, YouTube-каналы, блоги, приложения на смартфоне и т.д.;
  • аудирование, то есть аудиокниги, рассказы, песни без видео.
  • В условиях нашей страны самым сложным для выполнения является первый пункт, а именно встречи с другими лингвородителями и их детьми. Трудно, но достижимо.

    К примеру, у меня есть несколько компаний англомам, с которыми мы видимся при разных обстоятельствах: с одними гуляем раз в неделю на детской площадке, с другими ходим по музеям, с третьими играем дома. Мало того, что я общаюсь с единомышленниками, так еще и дети расширяют круг знакомств, учатся ладить с другими детьми и делать это на иностранном языке.

    По-моему, это им пригодится в жизни. Что думаете?

    
                Почему необязательно жить за границей, чтобы выучить язык

    С рождения жила на Кипре, но не знала греческого

    То, что можно жить в стране и так и не выучить ее язык, подтверждает история Кристианы, которая вырастила на Кипре дочь, не говорящую по-гречески.

    Мой муж Ангелос учил английский язык через общение с другом-американцем и игры с ним, а я использую английский в работе. Когда родилась Анна, мы хотели придерживаться правила OPOL (One parent, one language): с каждым из родителей ребенок разговаривает на определенном языке. Но что-то пошло не так.

    С первых дней мы начали говорить с Анной по-английски — просто так было легче. Потом она пошла в англоговорящий садик, а к моменту, когда Анне пора было собираться в греческую школу, оказалось, что она не говорит по-гречески! (Еще одно подтверждение того, что язык зависит только от создания среды, а никак не от места жительства. — Прим. авт.)

    Мы отвели Анну в школу и решили понаблюдать, сможет ли она в пять с половиной лет так же быстро “впитать” греческий, или придется прилагать дополнительные усилия. Добавили больше общения на греческом дома.

    Анна очень быстро влилась и в грекоговорящую среду и уже через два месяца спокойно училась в подготовительном классе.

    Тогда мы отвели ее на… немецкий.

    Ангелос рассказывает, как однажды друг спросил его: “Зачем вы ставите эти эксперименты над ребенком?”. Мой муж ответил: “А разве все остальное, что мы делаем с детьми, не эксперимент? Образ жизни, стиль питания, круг общения, книги, мультфильмы… Ведь мы не можем знать, пойдет ли это на пользу или навредит. Остается руководствоваться здравым смыслом и, конечно, наблюдать за ребенком: если он не показывает никаких признаков стресса, то, видимо, такие эксперименты ему только на пользу!”.

    Эстонский в Эстонии понадобился только при приеме на работу

    Распространенное заблуждение о том, что “язык легко выучить в стране, где на нем все говорят”, демонстрирует история Екатерины, которая родилась и живет в Эстонии, и ее дочери.

    В мою жизнь эстонский пришел во втором классе — до этого я, живя в маленьком эстонском городе (дело было в начале 1990-х), нигде с ним не сталкивалась. На тот момент никто не объяснил, зачем нам язык и для чего.

    Просто дали строгую учительницу, которая постоянно требовала зубрить, зубрить, зубрить. Естественно, у детей на такой подход могла быть только одна реакция — полнейшее отторжение. Сейчас я осознаю: когда училась говорить по-русски, мне не ставила оценки бабушка или мама. А когда я впервые столкнулась с эстонским, постоянно получала двойки, не понимая, за что и чего от меня хотят.

    В пятом классе к нам пришла адекватная учительница — молодая, после института, — и начала практиковать игровой подход, заинтересовывать. Тогда на эстонский с радостью стали ходить даже отстающие, и не только по эстонскому, но и по другим предметам.

    В девятом классе мы уже умели как-то объясняться (я по-прежнему жила в городе, где большая часть населения русскоговорящие и школьные уроки были единственной средой для эстонского). В то же время начались экзамены на “ступени” — уровни знания языка (всего их в Эстонии четыре — A, B1, B2, C1). Мы все неплохо сдали язык, перешли в гимназию, но нам по-прежнему никто не объяснял, зачем он нам нужен.

    Думаю, если бы нам показали, что эстонский — основной язык страны, где мы живем, мы бы уже тогда по-другому его воспринимали. Но даже на экскурсию по местным достопримечательностям наш класс ездил с русскоговорящим гидом. Жили как будто в изоляции от эстонского. Конечно, бабушка говорила: “Учи языки, учи языки!” — но разве можно подростка убедить учить язык таким образом?

    Поэтому моя дружба с эстонским — я ее для себя называю “дружба по необходимости” — началась только тогда, когда пора было устраиваться на работу… Тут-то я и поняла, как важен эстонский язык: без него почти невозможно получить хорошую должность. Срочно побежала к репетитору, ходила к ней и улучшила свой уровень, но до сих пор думаю: как жаль, что не получилось попасть в языковую среду в детстве, хотя я жила в Эстонии…

    Особенно я почувствовала это, когда переехала в столицу Эстонии — Таллин, и у меня случился конфликт с начальником именно из-за языка. Я уже говорила на эстонском, но однажды, принимая заказ по телефону, не смогла понять клиента — он пытался заказать “чесночные сухарики”, а я слышала это словосочетание впервые. Начальник узнал об этом и обвинил меня в том, что я “не знаю” языка. Мне было очень обидно…

    Я постоянно учила эстонский, у меня везде и всюду висели записки со словами и грамматическими правилами. Да и сейчас иногда заглядываю в конспекты, словари. Потом у меня появилось свое кафе, и тогда мой языковой барьер, который я приобрела за столько лет жизни в Эстонии, начал исчезать. Это был мой бизнес, мой личный заработок, так что я увеличила обороты и стала еще быстрее запоминать эстонские слова и фразы. А дальше пришлось и финский немного выучить — к нам часто приезжают финны, и они оставляют больше чаевых, если общаешься с ними по-фински. Снова у меня произошло погружение в язык по нужде…

    Уверена, если бы я с детства попала в языковую среду на эстонском, читала бы книги, смотрела мультики, общалась с эстонскими ровесниками, я совсем иначе воспринимала бы язык… Поэтому я решила показать дочке совсем другой пример изучения языка в Эстонии.

    Когда Кристине было 4 года, мы переехали в Таллин, и я везде брала ее с собой и, куда бы ни приходила, принципиально общалась со всеми по-эстонски. Чтобы она с детства понимала: в нашей жизни два языка и мама говорит на них, это нормально. Я хотела, чтобы она впитывала эстонский язык, а не учила его потом по необходимости… Я хотела уже с детства привить ей любовь к этому языку, чтобы она не ощутила всего того, что почувствовала на себе я.

    А еще я решила отдать дочь в эстонский садик. Я, конечно, переживала, как она, совсем не зная эстонского, там адаптируется. Но дочка отлично влилась в коллектив и в язык, уж не знаю почему. Поэтому после садика решила записать ее и в эстонский класс. Сейчас у нее обучение полностью на эстонском, а русский язык ввели во втором классе.

    А еще я решила добавить в ее жизнь и английский. И репетитору сразу сказала, что хочу, чтобы Кристина любила язык и сам процесс обучения, чтобы она не зубрила формы неправильных глаголов, а общалась на английском.

    Сейчас Кристина свободно общается и на эстонском, и на русском, и на английском (она в пятом классе). Конечно, какие-то вещи дочка не знает в силу возраста, но у нее нет страха перед языками, который был у меня в течение стольких лет жизни в стране этого самого языка. Она чувствует себя комфортно и свободно — именно об этом я мечтала для своей дочери.

    Авторская статья
    Источник